Век зависимых: как одиночество провоцирует плохие привычки

Здравствуйте!

Физические и психологические зависимости развиваются у людей по-разному. У кого-то они вообще не формируются, а кому-то ломают жизнь.

Британский журналист и писатель Йохан Хари долго исследовал этот феномен и пришел к выводу, что главные причины всевозможных аддикций кроются в одиночестве и неудовлетворенности жизнью и являются по сути способом адаптации к существующим условиям. T&P публикуют краткий перевод нашумевшей статьи Хари, написанной для The Huffington Post.

Прошло сто лет с тех пор, как были запрещены первые наркотики. За этот долгий век войны с наркотиками учителя и правительство сформировали для нас определённую историю о наркомании. Эта история настолько глубоко укоренилась в нашем сознании, что мы принимаем её как должное. Она кажется очевидной. Она кажется правдой.

Путешествие за правдой

Для своей книги «Преследуя крик» Йохан Хари проделал путь длиной в 30 000 миль и выяснил, что на самом деле стоит за яростной войной с наркотиками. В ходе путешествия он понял: большая часть того, что нам говорили о наркотиках, — неправда. Существует и другая правда — если мы готовы её услышать.

Йохан Хари, «Преследуя крик: первые и последние дни войны с наркотиками»

Автор с раннего детства пытался понять природу зависимостей: что заставляет людей зацикливаться на наркотиках или поведении, которое они не могут контролировать? Как мы можем помочь этим людям вернуться к нормальной жизни?

Крысы в клетке и Крысопарк

Если попробовать определить причину наркозависимости, самым очевидным ответом кажутся сами наркотики. Представьте: двадцать человек на улице принимают сильный наркотик в течение двадцати дней. В препаратах есть мощные химические «крючки», поэтому на двадцать первый день они будут испытывать сильную тягу. Вот что значит наркозависимость.

Одно из первых исследований, подтверждающих эту теорию, провели на крысах в 1980-е годы. Крысу помещали в одиночестве в клетку, где стояли две бутылки: с водой и с водой, смешанной с героином или кокаином. Почти всегда крыса возвращалась к наркотику снова и снова, пока не погибала.

В 1970-х годах профессор психологии Университета Ванкувера Брюс Александр заметил странность эксперимента: крыса была полностью изолирована. Он решил проверить, что произойдёт, если изменить условия, и построил Крысопарк — настоящее пространство для игр с цветными шариками, вкусной едой, туннелями и другими крысами.

Те крысы, которые были изолированы и несчастны, стали тяжелыми наркоманами. Ни одна из счастливых крыс не попала в зависимость.

В Крысопарке все крысы попробовали воду из обеих бутылок. Результат оказался неожиданным: животные в основном избегали наркотик, употребляя меньше четверти дозы по сравнению с изолированными сородичами. Ни одна из счастливых крыс не умерла и не стала наркоманом.

Вьетнамский эксперимент и больничные пациенты

Параллельно в человеческом мире проходил похожий «эксперимент» — война во Вьетнаме. Журнал Time сообщал, что американские солдаты «ели героин как жевательную резинку». По данным исследования, опубликованного в Archives of General Psychiatry, 20% солдат стали героиновыми наркоманами. Многие опасались, что после войны домой вернётся огромное количество зависимых людей.

Однако 95% из них просто завязали. После возвращения из ужасной «клетки» в привычную жизнь наркотики перестали быть нужны.

Вы можете быть зависимым от азартных игр, но никто не подумает, что вы вкалываете себе карты в вену. Вы можете быть зависимым от чего-то без всяких химических крючков.

Ещё один пример — медицинское применение диаморфина (героина). Если вы сломаете ребро во время бега, вам могут прописать это вещество. В больнице пациенты принимают чистый препарат под контролем врачей. По словам канадского доктора Гейбора Мате, после выписки люди почти никогда не становятся уличными наркоманами, несмотря на месяцы использования.

Уличные наркоманы похожи на крыс в первой клетке: изолированные и одинокие. Пациенты больницы — как крысы во второй клетке: они возвращаются домой к близким людям. Наркотик один и тот же, но окружающая среда разная.

Связь вместо химии

Профессор Питер Коэн утверждает, что у человека есть глубокая потребность в связях с другими. Когда мы не можем соединиться с людьми, мы привязываемся к тому, что доступно: к звуку рулетки или ритуалу употребления веществ. Коэн предлагает заменить термин «наркомания» на «привязанность».

Противовес зависимости — не воздержание, а связи с людьми. Зависимость от азартных игр или ритуалов не требует химических веществ, но работает по той же схеме.

Португалия: новый подход

Каждый согласится, что курение — одна из самых распространённых зависимостей. В начале девяностых появились никотиновые пластыри, и многие рассчитывали, что курильщики смогут избавиться от привычки без вреда для здоровья. Однако Управление государственной службы здравоохранения США установило, что пластыри помогают только 17,7% курильщиков. Химические факторы реальны, но они составляют лишь верхушку айсберга.

Португалия была одной из самых проблемных стран Европы по употреблению наркотиков: один процент населения сидел на героине. После неудачной войны с наркотиками правительство отменило уголовную ответственность за их хранение и направило средства на социализацию зависимых. По данным исследования British Journal of Criminology, к 2026 году уровень наркомании в стране снизился, а употребление инъекционных наркотиков упало на 50%. Декриминализация оказалась настолько успешной, что лишь немногие хотели бы вернуться к старой системе.

Век одиночества

Если мы не можем связаться друг с другом — то привязываемся к чему-то, что можем найти: к звуку рулетки в казино или ритуалу употребления наркотиков.

Эта тема касается каждого из нас. Человеческие существа — социальные животные, которым нужны связь и любовь. Однако мы создали культуру, в которой проще оставаться отрезанным от других, чем когда-либо раньше. Писатель Джордж Монбио назвал это «веком одиночества».

Рост зависимостей — симптом более глубокой проблемы нашего образа жизни, где мы уделяем больше внимания вещам, чем живым людям вокруг. Противовесом зависимости становятся не запреты, а настоящие человеческие связи.