Причина задержки кроется не в технических сложностях, а в фундаментальном экономическом споре, который поставил банки и криптокомпании по разные стороны баррикад.
Главный камень преткновения: Вознаграждения за стейблкоины
Основным «яблоком раздора» стала норма о вознаграждениях за хранение стейблкоинов. Согласно законопроекту, эмитенты «стабильных монет» могут предлагать пользователям доходность за удержание активов в кошельках.
Для банковской отрасли это звучит как объявление войны. Вот почему:
Отток ликвидности: Традиционные банки опасаются, что если пользователи смогут получать высокие и стабильные доходы от цифровых долларов (стейблкоинов), они начнут массово забирать деньги с обычных сберегательных счетов.
Удар по региональным банкам: Небольшие финансовые организации критически зависят от депозитов клиентов. Уход даже 10–15% вкладчиков в «цифру» может подорвать их финансовую устойчивость и привести к кризису кредитования.
Конкуренция за доходность: Банки заявляют, что криптокомпании находятся в привилегированном положении, так как на них не распространяются такие же жесткие требования к капиталу и страхованию вкладов (FDIC), что позволяет им предлагать более высокие проценты.
Поиск компромисса: Позиция Сената
Сенатор Том Тиллис отмечает, что переговорщикам нужно «больше времени», чтобы найти баланс. Законодатели оказались в сложной ситуации:
С одной стороны, необходимо создать легальное поле для крипторынка, чтобы США не проиграли технологическую гонку.
С другой стороны, нельзя допустить дестабилизации традиционной банковской системы, которая является становым хребтом экономики.
Что дальше?
Перенос на май означает, что май станет «критическим месяцем» для стейблкоинов в США. Если компромисс не будет найден, законопроект рискует застрять в комитетах еще на неопределенный срок, что сохранит правовой вакуум.
Криптоиндустрия настаивает на том, что стейблкоины — это неизбежная эволюция денег, и банкам нужно не запрещать конкуренцию, а адаптироваться к ней. Банки же требуют равных правил игры («same activity, same risk, same regulation»).
